В настоящей статье предпринята попытка научного осмысления истории иеротопии археологического памятника – средневекового городища Бозок в динамике, в развертывании ее темпоральности с эпохи раннего средневековья по настоящее время. Сакрализация юго-западной окраины современной столицы Казахстана – г. Астаны определяется потенциалом ее исторического ономастикона, сформированным в далеком прошлом. На примере этимологического анализа исторических названий урочищ Ақмола и Бузуқты показана их связь, как со степной традицией осмысления надмогильных сооружений в качестве священных локусов, так и с историей и мифологией ранних тюрков-огузов, заложивших особый код – послание творцов иеротопии Бозока последующим поколениям. В работе на основе архивных материалов Института истории материальной культуры Российской академии наук (ИИМК РАН) и статьи первого исследователя Бозока – Л.Ф. Семенова рассматривается история изучения памятника, начавшаяся в конце 1920-х гг. Благодаря усилиям руководителя Акмолинского музея Л.Ф. Семенова и его подвижничеству, памятник получил известность как в Казахстане, так и за его пределами. В результате памятник, названный им «Бузукское городище», был интегрирован в сферу интересов отечественной археологии, что позволило ученым спустя семьдесят один год приступить к его глубокому и детальному изучению. Планиграфия памятника, лимноним Бузуқты, озерно-степной ландшафт вокруг него дали возможность, в результате раскопок, археологических и культурологических реконструкций, представить научному сообществу варианты дешифровки древнего кода создателей иеротопии городища Бозок будущим поколениям. Так, усилия исследований ученых во главе с К.А. Акишевым и М.К. Хабдулиной вновь вернули памятник в лоно иеротопии, прерванной в эпоху позднего средневековья. Ценность и символический потенциал городища Бозок для истории и культуры страны обусловили его включение в Список сакральных объектов общенационального значения в 2017 г. и открытие в 2018 г. Государственного историко-культурного музея-заповедника Бозок, нацеленного на создание Национального археологического парка под открытым небом. Они определили не только вектор его развития в качестве туристской дестинации в контексте строящегося Национального парка, но также обусловили в рамках музеефикации основания расширения границ и задач иеротопии от культового центра к культурному манифесту степной Евразии – репрезентации ее историко-культурного и нематериального культурного наследия.